Казни мира Энциклопедия казней

Казни мира

Энциклопедия казней

Главная ] Энциклопедия казней ] Библейские казни ] Казненные весельчаки ] Самосуд ] Казни животных ] Мистика казней ] Казни мертвых ] Обезглавленные королевы ] Казнь Марии Стюарт ] Казненные по ошибке ] Казни маньяков ] Семейство палачей ] Фашистские казни ] Нюрнбергские казни ] Палачки революции ] Российские палачи ] Знаменитые палачи ] Последние палачи ] За что казнили ведьм ] Смертная казнь в США ]


  Вверх
Библейские и языческие казни
Казни Древнего мира
Казни в Древней Греции
Казни в Древнем Риме
Смерть за веру
Древняя Русь
Казни "Золотой орды"
Инквизиторы-убийцы
Охота на ведьм
Религиозные процессы
Тамплиеры
Средневековье
Средневековая Англия
Иоанн Грозный
Курьезы смертной казни
Россия
Наказания мятежников
Царь Пётр I
Государыни императрицы
Казни фальшивомонетчиков
Ацтеки и инки
Казни пиратов
Французская революция
Палачи
XIX век
Казни против террора
Начало ХХ века
Гражданская война в России
Террор и антитеррор
Сталинские репрессии
Гитлеровская Германия
Казни фашистов
Смертная казнь в СССР и РФ
Англия. 20 век
США. 20 век.
Франция. 20 век.
Германия. 20 век
Соцстраны Восточной Европы
Азия. 20-начало 21 вв.
Смертельно опасные режимы
Казни палачей
Казни маньяков
Смертная казнь в мире. 21 век
Казненные по ошибке
Самосуд
Рекорды и казусы правосудия
Мистические совпадения



 

Олег Логинов

Казни пиратов

Повесили пирата
Повесили пирата

 

Самым успешным пиратом Древнего мира называют тирана острова Самос – Поликрата (537-522 гг. до н.э.). Он сумел создать огромный флот и безраздельно хозяйничал в Эгейском море, отличаясь большой алчностью. Поликрат занимался морским разбоем и облагал данью владельцев кораблей.

В 522 году до н.э. персидский сатрап Оройтес обманом заманил Поликрата в Магнесию, а затем распял его.

Таким образом Поликрат стал и одним из первых казненных известных пиратов. А распятие стало одним из основных способов казни для морских разбойников.

 

Первыми широкомасштабную войну с пиратами начали вести римляне. Но начали после того, как пираты их изрядно «достали».

Вот как описывал деяния морских разбойников Плутарх:

«Могущество пиратов зародилось сперва в Киликии. Вначале они действовали отважно и рискованно, но вполне скрытно. Самоуверенными и дерзкими они стали только со времени Митридатовой войны, так как служили матросами у царя. Когда римляне в пору гражданских войн сражались у самых ворот Рима, море, оставленное без охраны, стало мало-помалу привлекать пиратов и поощряло их на дальнейшие предприятия, так что они не только принялись нападать на мореходов, но даже опустошали острова и прибрежные города.

Чаще всего пираты совершали злодеяния против римлян; высаживаясь на берег, они грабили на больших дорогах и разоряли именья вблизи от моря. Однажды они похитили и увезли с собой даже двух преторов, Секстилия и Беллина – в окаймленных пурпуром тогах, со слугами и ликторами. Они захватили также дочь триумфатора Антония, когда она отправлялась в загородный дом; Антонию пришлось выкупить ее за большую сумму денег. Однако самым наглым их злодеянием было вот какое. Когда какой-нибудь пленник кричал, что он римлянин, и называл свое имя, они, притворяясь испуганными и смущенными, хлопали себя по бедрам и, становясь на колени, умоляли о прощении. Несчастный пленник верил им, видя их униженные просьбы. Затем одни надевали ему башмаки, другие облачали в тогу, для того-де, чтобы опять не ошибиться. Вдоволь поиздевавшись над ним таким образом и насладившись его муками, они, наконец, спускали среди моря сходни и приказывали высаживаться, желая счастливого пути, если же несчастный отказывался, то его сталкивали за борт и топили.

 

Но не всегда морские разбойники оставались безнаказанными. Самую красивую расправу пиратам устроил Гай Юлий Цезарь, который был захвачен ими в плен у острова Фармакуссы. Плутарх описал эту историю довольно ярко:

«Когда пираты потребовали у него выкупа в двадцать талантов, Цезарь рассмеялся, заявив, что они не знают, кого захватили в плен, и сам предложил дать им пятьдесят талантов. Затем, разослав своих людей в различные города за деньгами, он остался среди этих свирепых киликийцев с одним только другом и двумя слугами; несмотря на это, он вел себя так высокомерно, что всякий раз, собираясь отдохнуть, посылал приказать пиратам, чтобы те не шумели. Тридцать восемь дней пробыл он у пиратов, ведя себя так, как если бы они были его телохранителями, а не он их пленником, и без малейшего страха забавлялся и шутил с ними. Он писал поэмы и речи, декламировал их пиратам и тех, кто не выражал своего восхищения, называл в лицо неучами и варварами, часто со смехом угрожая повесить их. Те же охотно выслушивали эти вольные речи, видя в них проявление благодушия и шутливости. Однако, как только прибыли выкупные деньги из Милета и Цезарь, выплатив их, был освобожден, он тотчас снарядил корабли и вышел из милетской гавани против пиратов. Он застал их еще стоящими на якоре у острова и захватил в плен большую часть из них. Захваченные богатства он взял себе в качестве добычи, а людей заключил в тюрьму в Пергаме. Сам он отправился к Юнку, наместнику Азии, находя, что тому, как претору, надлежит наказать взятых в плен пиратов. Однако Юнк, смотревший с завистью на захваченные деньги (ибо их было немало), заявил, что займется рассмотрением дела пленников, когда у него будет время; тогда Цезарь, распрощавшись с ним, направился в Пергам, приказал вывести пиратов и всех до единого распять, как он часто предсказывал им на острове, когда они считали его слова шуткой».

 

Но настоящую победу над пиратством одержал Помпей Магн, когда для борьбы с морскими разбойниками Сенат наделил его исключительными полномочиями. Проявив блестящий талант полководца, он за три месяца покончил с морским разбоем. Помпей захватил девяносто судов с окованными медью носами и множество других кораблей, пленил двадцать тысяч пиратов. Часть их он казнил, но к подавляющему большинству проявил милосердие. По этому поводу Плутарх писал: «Помпей исходил из убеждения, что по природе своей человек никогда не был и не является диким, необузданным существом, но что он портится, предаваясь пороку вопреки своему естеству, мирные же обычаи и перемена образа жизни и местожительства облагораживают его. Даже лютые звери, когда с ними обращаются более мягко, утрачивают свою лютость и свирепость. Поэтому Помпей решил переселить этих людей в местность, находящуюся вдали от моря, дать им возможность испробовать прелесть добродетельной жизни и приучить их жить в городах и обрабатывать землю».

 

Спустя несколько веков настоящим бичом морей и прибрежных районов Европы стали викинги. Викинги были не только отважны, но и обладали изощренной фантазией по части казней. Если вспомнить знаменитый голливудский фильм «Викинги» с Тони Кертисом и Керком Дугласом в главных ролях, то там по ходу сюжета они подвергли героя, которого играл Кертис необычной экзекуции. Его привязали на берегу моря, чтобы во время прилива крабы скушали его живьем. Правда в те жестокие времена не церемонились и с викингами, попавшими в плен. В упомянутом фильме одного ярла английский король бросил в яму на съедение волкам.

В этой связи можно привести одну историю:

В начале VIII в. викинги под предводительством ярла Рулофа захватили часть французской провинции - Бретань. Для устрашения бретонцев Рулоф объявил себя сыном Божьим, сошедшим с небес для кары французов за их грехи.

Викинги устроили маскарад, переодевшись чертями, согнали пленных бретонцев на пустырь, где предоставили им возможность испытать ад на земле. Как известно викинги были язычниками и верили в Одина, покровителя воинов, и Валгаллу, куда им предстояло отправиться после смерти. Поэтому насмешку над христианскими верованиями они не считали святотатством. «Черти» заставляли пленных лизать горячие сковородки, затем окунали их руки и ноги в кипяток, потом выпускали им внутренности и швыряли полумертвых людей в булькающую смолу. И такие представления шли ежедневно, пока население захваченных районов Бретани не было окончательно деморализовано.

Однако спустя пять лет бретонцы все же оправились от испуга. Они разбили викингов. А потом подвергли ярла Рулофа и его соратников пыткам и казни в придуманном ими аду.

 

В Средние века на Балтике занимались морским разбоем «витальеры», называвшие себя «друзьями Бога и врагами мира». Для борьбы с ними в 1389 году королева Дании и Норвегии Маргарита призвала крестоносцев. К 1401 году после ряда упорных морских сражений основные базы пиратов были разгромлены, а предводитель Штертебеккер пленен и казнен. Сохранилась легенда об его казни. Будто бы последней просьбой пиратского главаря стало пожелание сохранить жизнь тем из витальеров, мимо которых он успеет пробежать после того, как ему отсекут голову... Штертебеккер пробежал обезглавленным мимо одиннадцати своих соратников и упал только тогда, когда палач подставил ногу его телу.

 

Еще одной казнью для пиратов считалось килевание – протаскивание на веревке под днищем корабля. Говорят, что так расправлялись с пиратами еще в эпоху Древней Греции. К книге Стивенсона «Острова сокровищ», есть сцена, где в таверне Одноного Сильвера пираты вспоминают о килевании.

 

В принципе, можно сказать, что пиратская судьба незавидна. Если только они не занимались каперством по разрешению своего государства. А так награбленные ими сокровища столь же быстро спускались, как и наживались, а сами они обычно кончали свою жизнь или в пиратских разборках или на виселице.

Повешение была самым распространенным наказанием за пиратство. Обычно корсаров, флибустьеров и прочих морских разбойников вешали прилюдно в портовых доках, чтобы устрашить этой церемонией других охотников за торговыми кораблями. Сами пираты к перспективе закончить жизнь на виселице относились по-философски и с юмором называли конвульсии повешенных «пляской дьявола». Иногда по старой доброй английской традиции пиратов вешали в цепях. В этом случае их тела болтались на виселице дольше, чем сгниет веревка. Они высвобождались из железных оков лишь полностью сгнившие и рассыпавшиеся по частям. Такая казнь несла для пиратов угрозу, что вследствие не погребения тела их бессмертная душа вынуждена будет неприкаянно скитаться до скончания мира.

Повешением цепях закончил свои дни знаменитый пират Уильям Кидд. Надо сказать, что каперством Кидд занялся с позволения властей и его фрегат для морских разбоев снаряжался на деньги знатных комиссионеров: генерал-губернатора Новой Англии лорда Белломонта, государственного канцлера лорда Соммерса, морского министра лорда Орфорда, министра иностранных дел лорда Ромнея и министра юстиции герцогом Шрусбери. Четверть добычи полагалась экипажу, одна пятая Кидду и его посреднику Ливингстону, остальное — лордам.

Однако Кидду было поставлено условие – на английские и голландские корабли не нападать. Но как назло по пути фрегату Кидда попадались в основном только корабли Англии и ее союзников. Когда на горизонте в очередной раз показалось судно под союзным Англии голландским флагом, экипаж взбунтовался и потребовал напасть на него. Кидду пришлось применить силу, чтобы усмирить мятежников. Они поутихли только тогда, когда Уильям в схватке убил их вожака бомбардира Мура.
Легенды о пиратских похождениях Кидда «леденили кровь». Про него рассказывали, будто бы он взял на абордаж, поджег и пустил на дно сотни торговых кораблей, экипажи которых были зверски убиты. Согласно легендам огромные награбленные сокровища Кидд спрятал на одном из островов, который получил название «Остров Скелетов». Этот остров получил свое название из-за останков матросов Кидда, которые помогали ему прятать сундуки с драгоценностями. Кидд убил их всех, а трупы распял на деревьях — так, чтобы они указывали направление к кладу.

Однако на самом деле складывается впечатление, что пиратом Кидд был не особо удачливым. Богатства он ни себе, ни своим концессионерам не принес. К тому же Кидда беззастенчиво обкрадывали его собраться по ремеслу. Другой известный пират, Роберт Каллифорд, со своей шайкой в феврале 1690 года украл корабль «Благословленный Уильям» у Уильяма Кидда. В мае 1698 года у острова Сент-Мари вблизи Мадагаскара Каллифорд ограбил французское судно, взяв 2000 фунтов стерлингов. После чего, встретившись Уильямом Киддом, устроил на свои призовые деньги веселую попойку с командой своего бывшего капитана. Когда Кидд протрезвел, то обнаружил, что около 100 человек из его команды перебежали к более удачливому коллеге - Каллифорду и ушли с ним в море.

В апреле 1699 года корабль Кидда вошел в один из английских портов. И тут он узнал, что король Вильгельм III объявил его пиратом. Кидд решил доказать, что он вышел в море капером, а пиратом стал поневоле. И в июне 1699 года добровольно сдался властям. Однако высокопоставленные концессионеры Кидда, которые не получили от него ожидаемых дивидендов на свои инвестиции, отреклись от капера. В результате Кидд был осужден. Но не за пиратство, а за «убийство, совершенное в запальчивости, судового офицера». Этим «офицером» стал тот самый бомбардир Мур, который призывал взять на абордаж союзный голландский корабль. 23 мая 1701 года Уильям Кидд был казнен.

Обидчик Кидда, Роберт Каллифорд пережил своего бывшего капитана. Каллифорду предложили сдаться, пообещав королевское прощение. Но ни сам капитан, ни члены его команды этого прощения не дождались. В мае 1701 года их осудили за ограбление «Великого Мохаммеда». Всех пиратов, кроме Каллифорда, повесили. А Каллифорду сохранили жизнь, чтобы он выступил на процессе по обвинению другого пирата - Сэмюэля Бургесса. После этого процесса Каллифорд куда-то исчез. Может быть, к нему применили некую программу защиты свидетелей, а может быть удавили по-тихому.

 

В 1704 году в Бостоне был казнен на виселице другой известный пират капитан Куэлч.

Англичанин Томас Анстис, вероятно, как и многие другие мечтал разбогатеть на пиратском промысле. В 1718 году он с пятью другими моряками поднял мятеж, захватил судно и занялся пиратством. Спустя четыре года его команда, утомленная пиратской жизнью, подняла антимятеж, чтобы завязать с корсарством. Капитан Анстис был убит собственными моряками, когда спал в гамаке. Но когда его команда привела их судно в голландскую колонию Кюрасао, там большинство моряков попало сначала на судебную скамью, а потом на виселицу.

 

На философские рассуждения наталкивает судьба пирата Стида Боннета. Он родился в 1688 году в Бриджтауне на острове Барбадос в семье землевладельца. После смерти отца унаследовал 400 акров земли, стал состоятельным и уважаемым человеком, отцом семейства. У него было трое сыновей и одна дочь. В период войны за Испанское наследство Стид Боннет служил в милицейских формированиях Барбадоса и имел чин майора. Что побудило майора и плантатора стать пиратом, сие неведомо. Есть версия, что стервозный характер его жены. Но все же более вероятная причина – жажда богатства.

Говорят, что поворотным моментом в судьбе Боннета стала случайная встреча в пивной со знаменитым пиратом Эдвардом Тичем по прозвищу «Черная Борода». Видимо Эдвард так красочно расписал Стиву пиратскую романтику, что Боннет плюнул на всю свою добропорядочность. Боннет купил за свой счет шлюп, названный им «Ривендж» («Месть»), вооружил его 10 пушками, собрал команду из 70 человек и отправился и отправился с Черной Бородой бороздить морские просторы в поисках пиратской добычи. Они стали компаньонами во флибустирьерских кампаниях. И серьезно обогатились за короткое время. Оба корабля Тича и Боннета ломились от добычи, которую им предстояло разделить. И тут во всем блеске проявилось коварство настоящего пирата Тича. Он не только обокрал Боннета, но и бросил Боннета и его людей на произвол судьбы, обманом послав их на мелководье, где их корабль сел на мель.

Полковник Ретт захватил в плен пиратскую команду Боннета и доставил ее в Чарлстон. В городе не было общественной тюрьмы, пиратов держали в караульном помещении под охраной местной милиции, а Боннет - в доме маршала, возле которого каждую ночь выставлялись двое часовых. Однако, несмотря на охрану Стиву Боннету и его штурману Дэвиду Хэрриоту удалось бежать. Они уплыли в море на украденном каноэ. Народная молва обвинила в их побеге губернатора, якобы тот получил от пиратов взятку. Тогда губернатор объявил награду в 700 фунтов стерлингов любому, кто поймает Боннета, и послал в погоню за ним несколько судов с вооруженными людьми.

Боннета и Хэрриотта погоня настигла на Салливановом острове, к которому беглецы пристали, чтобы пополнить припасы. При задержании шкипер был застрелен, а капитан пиратов предпочел сдаться.

Заседание вице-адмиралтейского суда открылась в Чарлстоне 28 октября 1718 года. 22 товарища Боннета были признаны виновными в совершении пиратских действий на море и повешены в Уайт-Пойнте в субботу 8 ноября. А вскоре председатель суда Трот зачитал приговор и их капитану:

«Майор Стив Боннет, вы стоите здесь, осужденный по двум обвинениям в пиратстве; одно - по вердикту суда, другое - по вашему собственному признанию. Хотя вы были обвинены только по двум фактам пиратства, вам, тем не менее, известно, что на вашем судебном процессе было полностью доказано, даже невольными свидетелями, что со времени отплытия из Северной Каролины вы пиратски захватили и ограбили не менее тринадцати судов.

Скольких вы убили из тех, кто препятствовал вам в совершении вышеупомянутых пиратств, я не знаю. Но все мы знаем то, что, не считая раненых, вы убили не менее восемнадцати лиц из числа тех, кто послан был законной властью подавить вас и положить конец тем грабежам, которые вы совершали ежедневно.

Приговор, который Закон предписал исполнить над вами за ваши преступления и который посему вынес настоящий Суд, состоит в том, Что вы, вышеназванный Стид Боннет, направляетесь отсюда к месту, из коего вы прибыли, и оттуда к месту казни, где будете повешены за шею, и будете висеть так, пока не умрете.

И да простит Господь в Своем бесконечном милосердии вашу душу».

Когда Тротт приговорил капитана пиратов к смертной казни, некоторые знатные дамы, помнившие осужденного еще добропорядочным джентльменом, плакали в зале суда. Губернатору Джонсону была направлена просьба помиловать пирата, однако тот оставил приговор в силе. 10 декабря 1718 года Боннета доставили в Уайт-Пойнт на телеге, на которой стоял гроб. Когда телега доехала до виселицы, выяснилось, что кто-то из сочувствующих ночью подпилил перекладину. После некоторой проволочки, вызванной ремонтом виселицы, Боннету пришлось встать на собственный гроб, чтобы взобраться на помост. На шее у него затянули петлю, после чего палачи схватили его за ноги и тянули вниз до тех пор, пока он не задохнулся.

А в принципе, мог бы, вероятно, спокойно и безбедно жить, управляя своими сахарными плантациями.

 

Тяга к несметным сокровищам сбила с пути истинного и капитана Александра Грэхема, который служил в королевском флоте и командовал бригом «Девоншир» в Трафальгарском сражении. Грэхем оставил службу королю и заделался вольным морским разбойником под именем Бенито Бонито и под кличкой «Кровавый меч».

Самое интересное, что Бенито Бонито действительно сумел завладеть несметными сокровищами. У входа в Панамский залив его судно взяло на абордаж галеон «Релампага», на котором вице-король Перу Хоакин Песуэла переправлял государственную казну в Панаму. В руки Грэхема попали огромные ценности на сумму около 30 миллионов фунтов стерлингов. Капитан пиратов решил сохранить их до лучших времен. Он спрятал бочки и сундуки с драгоценностями на берегу бухты Уэйфер, в подземной пещере. Однако Бенито Бонито не суждено было вернуться за этими богатствами. Вскоре два английских брига настигли его судно у берегов Коста-Рики и атаковали. Александр Грэхем был повешен на рее и унес с собой тайну клада.

 

А вот приговоренный к повешению пиратский капитан Оливье ле Вассер не захотел уносить свою тайну в могилу. 17 июля 1730 года в Кале он перед казнью швырнул с эшафота в толпу листок бумаги с зашифрованным посланием, в котором якобы содержалось описание места, где спрятал несметные сокровища. Хотя возможно висельнику просто захотелось «приколоться» перед смертью и никакого клада не существовало. Во всяком случае, до сих пор его никому не удалось найти.

 

Печально закончилась жизнь и другого пирата - Чарлза Вейна, промышлявшего в водах Вест-Индии и Северной Америки в первой четверти XVIII века и прославившегося своей изощренной жестокостью.

В 1719 году корабль Вейна попал в шторм. Его судно затонуло, но Вейн спасся, хотя и оказался на необитаем островке близ Гондурасского залива. Он нанялся матросом на проходивший мимо корабль, но его опознал капитан встречного корабля. Вейн был доставлен на Ямайку, и 22 марта 1720 года предстал перед судом. Суд оказался скорым. Уже 29 марта Вейна по обвинению в грабежах и разбоях на море казнили в Гэллоуз-Пойнте. Его тело, облитое смолой, повесили на цепях на небольшом островке Ган-Кей. Такая же участь постигла сообщника Вейна, Роберта Дила, пойманного и доставленного на Ямайку одним из военных кораблей.

 

Впрочем, не только власти казнили пиратов, но те и сами нередко прибегали к казням, чтобы держать в узде свое вольное братство.

Строгую дисциплину соблюдали в своих рядах еще викинги, которые были грозой многих морей. Они сурово преследовали воровство и насилие внутри собственного сообщества. Смертной казнью у них было чревато не только дезертирство, но и обман при дележе добычи.

 

Позже, к XII веку выработался своеобразный пиратский кодекс. Пират должен был всегда спать в одежде и на собственном судне. Китайская пиратка Цинн, командовавшая аж шестью эскадрами, установила для своих подчиненных следующие суровые правила: если матрос самовольно сойдет на берег, то ему публично проткнут уши. При повторном нарушении он будет казнен. А незаконное присвоение общей добычи каралось смертью во всех пиратских сообществах. Некоторые капитаны вообще объявляли на своих судах драконовские правила. Английский пират Бартоломей Робертс в 1719 году запретил на своих кораблях азартные игры в карты и кости, не разрешал приводить на корабль женщин. За появление на борту переодетых мужчинами дам виновному грозила виселица. А О. Эксквемелин, бывший пиратом с 1667 по 1672 года и впоследствии выпустивший книгу "Пираты Америки", писал: «Пираты придерживаются своих собственных законов и сами вершат суд над теми, кто совершил вероломное убийство. Виновного в таких случаях привязывают к дереву, и он сам должен выбрать человека, который его умертвит. Если же окажется, что пират отправил на тот свет своего врага вполне заслуженно, то есть дал ему возможность зарядить ружье и не нападал на него сзади, товарищи убийцу прощают».

Англичанин Ричард Глэсспул, офицер с торгового корабля "Маркиз-оф-Ели", ставший пленником китайских пиратов адмиральши Цинн, любопытно описывал их правила обращения с женщинами.

«В результате мы снова оказываемся около разграбленного накануне города. Ладроны пользуются этой ситуацией, чтобы вновь вступить в переговоры с запуганными жителями о выкупе их пленных родственников. Это продлилось пять или шесть дней и закончилось выдачей ста женщин. Остальные были распроданы среди экипажа по цене сорок долларов за каждую.

Как только пират получает в свое распоряжение «покупку», он рассматривается как ее законный супруг и - примечательная подробность - обязан хорошо относиться к ней под страхом быть убитым по приказу свыше как за неподчинение правилам, установленным госпожой адмиральшей. Хотя, впрочем, если женщина отказывается от притязаний выбравшего ее мужчины и хозяина, ей предоставляется возможность покончить с собой. Я видел несколько женщин, которые бросились в море и утонули, только чтобы не принадлежать пиратам.

Одна из них даже утащила с собой в объятья моря своего соблазнителя. Это была красавица Мей Инг, супруга богача Ке Шуянга, зарезанного во время грабежа. Пират, купивший ее, хотел увести женщину к себе, но она отбивалась и смогла вырваться из его рук. Он, как дикий зверь, бросился на нее и вывихнул ей руку. Так как она продолжала сопротивляться, пират нанес ей сильный удар кулаком по лицу и сломал бедняжке два зуба. Рот несчастной наполнился кровью, но она не переставала бороться. Внезапно женщина обвила мужчину руками и ногами. Застигнутый врасплох, он покатился вместе с ней по палубе. Тогда, собрав все свои силы, она бросилась с победным криком через борт в море, увлекая бандита за собой. Вместе они исчезли под водой».

Глэспул так же описал одну ситуацию, свидетелем которой он стал. Пираты захватили лодку и предложили двенадцати находившимся в ней мужчинам присоединиться к ним, принеся клятву подчиняться пиратским законам перед всемогущим Джосом, изображение которого вез каждый их корабль.

«Большинство из них сразу согласились, так как пленники хорошо знали, что их ждет в случае отказа. Однако три или четыре человека не захотели подчиниться, предпочитая смерть, как сказали они, позорному ремеслу разбойника.

- Смерть - это еще слишком мягкое наказание за такую дерзость! - прорычал капитан моей джонки.

Я до сих пор дрожу при воспоминании об этой пытке, при которой я обязан был присутствовать вопреки моему желанию.

Несчастным связали за спиной руки, затем подвесили их за подмышки на грот-мачте. Члены экипажа вооружились гибкими прутьями, заплетенными в косу, и каждый пират по очереди начал стегать из-за всех сил болтающиеся тела пленников, отбивая их своим ударом в сторону своего товарища. Эта пытка длилась до тех пор, пока жертвы не перестали подавать признаков жизни. Снятые с мачты, их безжизненные тела были брошены кучей на палубу. Время от времени кто-нибудь ударом ноги проверял, дышат ли они еще. Когда палачам показалось, что пленники с трудом приходят в себя, они их снова подвесили на самый верх мачты, чтобы скидывать их оттуда и удерживать в последний момент, выворачивая им руки при каждом толчке.

И это длилось до тех пор, пока жертвы не попросили пощады, соглашаясь стать ладронами. Тем не менее, двое из них умерли в страшных мучениях».

 

О пиратской жестокости с командами захваченных судов и городов ходит много историй. С пленниками пираты подчас расправлялись весьма изощренно. Когда их просто сбрасывали в море на съедение акулам, это еще было не самое страшное наказание.

В Алжире надолго запомнили османского корсара Аруджа, промышлявшего на Средиземном море в начале XVI века.

Весной 1516 года войска Аруджа вступили в Алжир. Когда Арудж предательски убил местного шейха Салема ат-Туми, корсары и повстанцы провозгласили своего главаря султаном, приказав чеканить его имя на алжирских монетах. Представителей знати, выразивших недовольство новым правителем и его порядками, Арудж пригласил на торжественное моление в главную мечеть. Там их и зарезали. Отрубленные головы недовольных были выставлены на улицах города.

Сначала разбив в сражении, а потом, низложив правителей Алжира из династии Абдальвадидов, Арудж велел повесить на зубцах тлемсенской цитадели дядю свергнутого правителя, Абу Зайяна, а также его семь сыновей и семьдесят эмиров царствующей фамилии.

Правда, сам Арудж избежал казни. Он был убит в бою испанцами, которые отправили его голову, насаженную на древко знамени, своему королю.

 

Жан-Франсуа Hay по прозвищу Франсуа Л'Олонэ вошел в историю Карибского пиратства как один из самых жестоких флибустьеров. Однажды, захватив очередной испанский фрегат, он узнал, что кубинский губернатор приказал казнить всех флибустьеров, которые попадутся испанцам в руки. Поскольку ранее флибустьеров брали в плен и потом меняли или требовали выкуп, то Л'Олонэ рассвирепел и лично обезглавил всех испанских пленников. Говорят, что при этом он слизывал кровь с собственной сабли и комментировал разницу во вкусе. С единственным оставленным в живых пленником Л'Олонэ отправил губернатору послание:

«Я исполнил ваш приказ и не пощадил пленных, коими оказались ваши люди. В следующий раз, надеюсь, вы сами попадетесь мне в руки».

После этого губернатор отменил свое распоряжение.

Спустя некоторое время Франсуа Л'Олонэ отличился и на суше, захватив город Гибралтар, который подверг разграблению. Пираты сказочно обогатились на этой операции. Их добыча составила 250.000 пиастров наличными плюс на 100.000 пиастров награбленных ценностей; кроме того, с молотка на аукционе пошли захваченное судно с грузом табака и партия рабов. Однако судьба уже определила час расплаты для Л'Олонэ и его товарищей. О том, какой она стала, рассказал Эксквемелин:

«...Богу больше не угодно помогать этим людям (пиратам), и он решил наказать Л'Олонэ самой ужасной смертью за все жестокости, которые он учинил над множеством несчастных. Л'Олонэ со своими людьми попал в руки дикарей... Они разорвали Л'Олонэ в клочья и зажарили его останки».

 

Однако печальные судьбы пиратов прошлого ничему не научили пиратов настоящего. 22 апреля 2008 года была проведена операция по освобождению захваченного сомалийскими пиратами торгового судна «Аль-Халидж», следовавшего из Дубая в Сомали. Это судно пираты удерживали в водах порта Босасо, пока не были атакованы несколькими боевыми катерами с сотрудниками спецслужб. В ходе быстротечного боя были захвачены семь пиратов, трое из них - ранены.

Администрация самопровозглашенного государства Пунтленд на северо-востоке Сомалийского полуострова пообещала отдать пиратов под суд, который вполне может приговорить их к смертной казни. Это будет первый в Пунтленде процесс над пиратами, которые терроризируют прибрежные воды полуострова, превратив их в один из самых опасных районов для международного судоходства.

 
   

Назад Далее

В начало страницы

 

Все права защищены. Copyright © А. Захаров, О. Логинов 2012-2016.  Последнее обновление: 24 декабря 2016 г.
При любом использовании материалов сайта или их части в сети Интернет обязательно указание автора, а также активная незакрытая для индексирования гиперссылка на www.all-crime.ru. 
Воспроизведение материала сайта или любой его части в печатных изданиях возможно только с разрешения автора.
Адрес электронной почты: admin@all-crime.ru.


Рейтинг@Mail.ru
Яндекс.Метрика